«На каком-то этапе все эти горизонтальные путешествия по миру становятся неспособными удовлетворить потребность человека в погружении в глубины чего-то неожиданного и непростого. Движение приобретает крупнейший смысл, когда обрамляет его спокойствием.
В последнее время я думаю, что в эпоху скорости ничто так не бодрит, как замедление движения. В эпоху суеты и хаоса нет большей роскоши, чем концентрация внимания. И в эпоху постоянного движения нет ничего более срочного, чем бездействие».